— Не стыдно, дед чистит картошку, а ты расселась на траве и нос уткнула в книжку? — тут же заметил Григорий Елисеевич.

— Дедушка мне не разрешил, — ответила острая на язычок Марина. — Сказал, что я слишком много шелухи срезаю.

Этот аргумент безотказно подействовал на скупого Дерюгина. Отстав от девочки, он подошел к другому внуку Казакова — шестнадцатилетнему Саше, склонившемуся у допотопного мотороллера «Вятка». Свесив длинные желтые волосы на глаза, тот подтягивал ключами трос сцепления. Прямой абросимовский нос юноши был запачкан солидолом, руки в масле. На круглых, с белым пушком щеках высыпали веснушки. Саша был молчаливым, стеснительным пареньком. Он увлекался сначала французской борьбой, а когда до Великополя докатилась мода на дзюдо, занялся этим видом спорта. Говорить о своих успехах не любил, как и показывать приемы.

— Давно выбросить надо эту ржавую развалину на свалку, — ворчливо заметил Григорий Елисеевич. — Ника кого толку от нее не будет.

— Налажу, — коротко ответил Саша, не отрываясь от дела.

Дерюгин только рукой махнул.

Мотороллер «Вятка» был выпуска 1965 года, на нем откаталось в Андреевке не одно поколение подрастающих Абросимовых. Привез его сюда из Ленинграда Вадим Федорович Казаков. Учились ездить на нем все кому не лень. Даже Григорий Елисеевич попробовал, но после того, как выломал в заборе две жердины и вывихнул мизинец на левой руке, остыл к мотороллеру. На нем ездили на рыбалку, даже приспособили тачку на велосипедных колесах, гоняли за грибами, ягодами.

Годами стоял он в темной кладовке без движения, потом находился какой-нибудь энтузиаст, доставал запасные части, ремонтировал, и снова «Вятка» весело урчала на лесных дорогах, возя на себе рыбаков, грибников, ягодников. Последний раз «Вятку» отремонтировал Андрей Абросимов — он поставил новые колеса, тормоза, систему зажигания. Мотороллер два сезона побегал и снова вышел из строя. А теперь вот Саша занялся им.